Читать книгу - "Голова-жестянка  - Серафима Орлова"

– Что это за хрень? – кивает на таракана в моей руке.

– Дяденька подарил.

– Выбрось! Дай сюда!

– Да шучу, на самом деле я его украла. Не отдам, это моя добыча.

Плохая была идея так говорить. В детстве мы с Максом не раз играли в «а ну-ка отними» с неизменным перевесом на его стороне. У него координация получше моей, не говоря уж о том, что сейчас моя координация вообще никуда. Макс делает обманное движение и выхватывает таракана из моей руки. Разворачивается и идёт к фуд-корту. Я вижу, что там сидят родители с нетронутой пиццей и смотрят на нас.

– Я нашёл её, – Макс бросает таракана на стол рядом с пиццей. – Говорит, что вот это она украла.

– Не украла. Мне дядька какой-то отдал. Не знаю зачем. Я что, похожа на сумасшедшую? Это шутка была, – говорю я. Родители смотрят на меня… В общем, смотрят так, что у меня по загривку катится капля холодного пота. Кажется, они и впрямь верят, что я могу сойти с ума.

И тут меня пронзает догадка. Я поняла, почему бородач, повелитель тараканов, показался мне знакомым. Он же похож на человека с шестерёнками, ну да, рубашка… Но я не могу рассказать им об этом, понятно, это будет звучать как бред.

– Дяденька тебе это подарил? Как он выглядел? Какой он? – спрашивают родители. На вранье, что ли, пытаются меня поймать? Мама зачем-то держит меня за руки, вот я не люблю, когда она так делает, что за театр. Она так стискивает мои пальцы, что даже больновато.

– Как выглядел? Ну он такой… Круглый. Мягкий, – я морщусь, стараясь припомнить.

– Как колобок, что ли? – усмехается Макс.

– Когда колобок с бородой – это уже не колобок, а киви или кокос, – развиваю я тему.

– Всё! – будто выплёвывает папа. – Домой! А это оставь на столике!

Я не могу оставить таракана на столике. Я вцепляюсь в столик, и теперь, если они будут пытаться меня оттащить, столик будет волочиться за мной. Красный исцарапанный пластиковый столик. Это будет довольно глупо выглядеть, эпично и глупо, особенно если они дотащат меня до самого эскалатора, а я так со столиком и поеду.

– Пиццу заберите! – говорю самое логичное, что пришло в голову.

Пиццу кладут в пакет. Я под шумок забираю таракана и до половины запихиваю в карман джинсов. В таракане что-то хрустнуло. Наверное, я сломала его ещё больше.

Как-то не удался наш совместный уик-энд для примирения семьи. Зато у меня есть таракан. Он странный. Люблю странные штуки. Когда мы гуляли с Приходькой, мы много чего находили. Старинные монеты нам не попались, к сожалению, хотя и были очень нужны, зато встретились всякие реле и железные буквы «е», или буквы «ш», мы так и не пришли к общему мнению, что это за буквы. И бутылка, залитая сургучом, та самая. Мне до сих пор неизвестна её судьба, а Приходьку я спрашивать боялась. Может, как раз и пора спросить.

Дома пишу Приходьке:

«Помнишь странные штуки, которые мы с тобой находили?»

«Только пару раз находили, – после паузы отвечает Приходька. – Или один».

«Сегодня я нашла ещё одну», – думаю заинтриговать, но он молчит. Ах, так? Я набиваю сообщение:

«Кстати, где та бутылка?»

«Какая бутылка?»

«Которую ты тогда откопал».

«Ты разбила её».

«А куда делось то, что было в ней?»

«Не помню».

«А что помнишь?»

«Что-что. Сопли, слёзы, кровь. Зачем про это?»

Я отключаюсь от сети, потому что меня трясёт. Если срочно не порадовать себя чем-то, я не смогу сделать уроки. Я забиваюсь на свой диван под одеяло. Сейчас бы здорово помог ежевичный сок. И фисташки. Эти две вещи здорово улучшают мне настроение. А ещё помогает, когда я молчу и никто меня не трогает.

Я взяла таракана с собой под одеяло. Он уже почти высох. На батарею его класть я не решилась. Медленно ощупываю подушечки на металлических лапах. Чёрные ручки. Там, где должно начинаться запястье, есть сколы. Эти ручки отломаны или отпилены от чего-то. Тайна.